Меня зовут Иван Ургант. Если коротко — да, тот самый. Если длинно — устраивайтесь поудобнее, я постараюсь не перебивать себя слишком часто.
Родился я в Ленинграде, городе, где чувство юмора появляется раньше зубов. В семье, где шутка была формой приветствия, прощания и иногда воспитания. В такой среде ты либо учишься иронии, либо становишься тем, над кем иронизируют. Я выбрал первое — из соображений самосохранения.
С детства я понял, что главное в жизни — правильно поставить паузу. Сказал что-то умное — помолчи. Сказал что-то глупое — тем более помолчи. Этот навык позже сильно пригодился на телевидении, где молчание иногда говорит больше, чем сценарий, редактор и весь рекламный блок.
Карьера моя складывалась подозрительно удачно. Радио, телевидение, кино, снова телевидение — я двигался по стране и по каналам с выражением лица человека, который просто зашёл спросить, где выход. Где-то по пути мне начали доверять микрофоны, камеры и вечернее время суток. Теперь я у многих ассоциируюсь с 23:00, и это, пожалуй, самый стабильный брак в моей жизни.
Я известен тем, что задаю гостям вопросы, ответы на которые знаю заранее, и искренне удивляюсь этим ответам. Это не лицемерие — это профессия. Я шучу так, будто извиняюсь, и извиняюсь так, будто шучу. Иногда люди не понимают, где заканчивается ирония и начинается я. Честно говоря, я тоже не всегда понимаю.
Были фильмы. В некоторых я играл, в некоторых — присутствовал. Были музыкальные проекты, где я делал вид, что всё это несерьёзно, хотя репетировал, как будто собирался в Ла Скала. Было телевидение, где я выглядел расслабленным, хотя внутри напряжённо думал: «Главное — не уронить интонацию».
Потом я научился исчезать. И, как выяснилось, делаю это тоже профессионально. Моё отсутствие обсуждают охотнее, чем чьё-то присутствие. Не каждый может похвастаться тем, что его молчание цитируют.
В итоге я — Иван Ургант. Человек, который всю жизнь делает вид, что ничего особенного не происходит, пока вокруг происходит примерно всё. Я верю в юмор, паузы и интеллект зрителя. А если вам кажется, что я где-то рядом и просто смотрю с прищуром — не волнуйтесь. Это я думаю, стоит ли сейчас пошутить или уже достаточно.